Бесник, одинокий пастух и преданный мусульманин, заботится о своем отце в албанской деревне в горах. Здесь, наверху, христиане и мусульмане нашли способ жить в мире и согласии. Даже после того, как выяснилось, что старая мечеть раньше была церковью, Беснику удается сохранить спокойствие среди местных жителей. Однако после смерти отца многоверной семье Бесника угрожают радикальные перемены, и пастух вынужден искать свой собственный путь.

Загадочная аудиозапись превращает выход астронавта в открытый космос в опасную для жизни миссию.

Реймонд Дельгадо не совсем обычный заключенный. Его считают психопатом, Дельгадо всем рассказывает, что он сын Зевса. Однажды его переводят в тюрьму Хоксфорд особого режима, где выясняется что он там не единственный «особый» заключенный. С наступлением полнолуния жуткий вой разносится по тюремным коридорам, люди жмутся от страха за своими решетками и только Реймонд Дельгадо смело встречает чудовище, выходящее на него...

Тюремный цензор зачитывается проникновенными письмами девушки заключённого-смертника, постепенно впутывается в отношения пары и узнаёт один большой секрет.

Сильные мира сего — банкиры, директора транснациональных корпораций и серые кардиналы — заняты своими обычными делами: поглощают пищу, переговариваются, вершат судьбы мира. Деликатесы и дизайнерская мебель, пустые разговоры и ничего не значащие действия, идеальные лица и костюмы с иголочки. Глянцевый маньеризм доводит образ «мира богов с Уолл-стрит», которым правит фарс и фальшь, до эстетического совершенства и — одновременно — ситуации безысходности, в которой сегодня оказалась глобальная экономика.

Униженные и замученные девушки возвращаются из мёртвых, чтобы отомстить своим обидчикам самыми изощрёнными способами.

В жизни у Сильвии все безрадостно. Заурядная работа секретарши, неуверенный в себе ухажер Питер, который не может решиться на элементарный поцелуй, забитый и закомплексованный. Вдобавок ко всему еще и фанатичная подруга, посещающая религиозный кружок и пытающаяся таким образом заполнить собственные душевные пустоты. Да и сестру Сильвии Хильду с отклонениями в умственном развитии вряд ли можно назвать отдушиной, скорее обременительной ношей, которая не дает Сильвии устроить личную жизнь. Главные герои словно оторванные островки, живущие каждый своим внутренним миром, и даже те шаги, которые они делают навстречу друг другу, выглядят неуклюже на фоне тех условностей, которые породил в них социум.

Беззаботная компания друзей снимает дом с жутким прошлым. Хоррор о призраке легендарной убийцы с топором